Бокс как предчувствие

На 33-м году жизни у Романа Кармазина сбылась его мечта: он стал чемпионом мира. На завоевание первого пояса у него ушло 9
лет профессиональной карьеры, в которые вместились 36 боев и одному ему известное количество труда, отчаяния и терпения.
"Ауди" несет Романа Кармазина по Кутузовскому проспекту с одного интервью на другое. Он сидит, устало развалившись на
заднем сиденье белым-белоснежной кожи. Он боксер из рукава всемогущего злого волшебника Дона Кинга. С 14 июля 2005 года он
чемпион мира. Для законченности образа преуспевающей звезды-миллионера не хватает разве только золотой цепи толщиной в
палец. Но не хватает только при условии, если вы не видите сейчас его глаз - печальных и усталых. В них, кажется,
отражается весь его долгий путь к чемпионскому званию.

Свой первый боксерский поединок Роман Кармазин провел в 14 лет во дворе средней школы города Кузнецка Пензенской области.
На тот момент он был подающим надежды гимнастом, но как-то раз его одноклассники, занимавшиеся в секции бокса, принесли с
собой в школу две пары боксерских перчаток и предложили Роме шутки ради устроить бой. Он согласился и, к удивлению
приятелей, держался для первого раза более чем достойно. На следующее занятие в боксерскую секцию Кармазин пошел вместе с
ними. Потом были регулярные двухразовые тренировки: утром гимнастика, вечером бокс - и окончательный, через три года, выбор
в пользу бокса. Потом - служба в войсках ПВО в казахском Уральске и "самоходы" в спортивный зал тайком от военного
начальства. После дембеля тренер убедил его, что для роста мастерства ему необходимо уехать из Уральска, и Кармазин
отправился в Петербург к своему дяде.

- Это были самые трудные годы в моей жизни, - рассказывает Роман. - Денег не было никаких. Чтобы унять постоянное чувство
голода, я покупал много батонов и посыпал их сахаром, мешок которого привез с собой, и просто набивал живот. Бегал по
спортивным секциям города, тренировался по два раза в день, а в перерывах между тренировками работал у своего дядьки
грузчиком.

А потом состоялась встреча, которая стала самой важной если не в жизни Романа, то уж точно в его спортивной карьере.
Боксер пришел в "Динамо" к Игорю Михайловичу Лебедеву. Кармазина только что выгнали из предыдущей секции после конфликта с
тренером, и Лебедев сразу сказал, что перебежчиков не любит, работать с Кармазиным не хочет, но потом все-таки разрешил ему
походить к нему в зал. Кармазин приходил в зал, тренировался, в спаррингах побеждал всех - и боксеров своей весовой
категории, и выше, но Лебедев упрямо не замечал его.

- Я сейчас понял, что он мне проверку устроил: кто такой? чего стою? выживу или нет? - объясняет Кармазин. - Но тогда мне
было ужасно обидно. Думал: "Блин, ну почему он на меня не обращает внимания?" Подойдет, два-три слова скажет и опять к
своим боксерам возвращается. Я начал прислушиваться, что он другим говорит. Но я тогда не понимал, зачем он все так сложно
объясняет, вообще его теории не понимал. А сейчас думаю, что он - просто гениальный тренер.

Постепенно отношения ученика и учителя становились более тесными. Роман перешел в профессиональный бокс, который тогда
только зарождался в России. Правда, денег по-прежнему не хватало. За один бой он получал $200, из которых 30% доставалось
менеджеру, поэтому Кармазину приходилось участвовать даже в боях без правил, где, впрочем, он часто побеждал.

Шесть лет ушло на продвижение по рейтинговой лестнице, и наконец Кармазин стал официальным претендентом на титул чемпиона
мира по версии WBC в суперполусреднем весе. Чемпионом на тот момент был Оскар Де Ла Хойа, и все шло к тому, что в новом,
2002 году Кармазина ожидает главный бой его жизни. Однако судьба решила подкинуть ему еще одно испытание.

В те времена считалось (да, в принципе, считается и сейчас), что русскому боксеру без иностранного менеджера никогда не
стать чемпионом. Так и получилось. Тогдашнему менеджеру Романа Игорю Шаферу не хватило политической силы и связей, чтобы
добиться права на бой с Де Ла Хойей. Американец отговорился очень сомнительной травмой руки, а когда Де Ла Хойа перешел в
следующую весовую категорию, Роман получил право на титульный бой против испанца Хавьера Кастильехо.

Как рассказывал Лебедев, в те годы ему приходилось в буквальном смысле стаскивать Кармазина с турника:
- Захожу в зал, смотрю - Рома подтягивания делает. Рукой ему машу, мол, слезай, хватит. Он как будто не слышит. Ну я тогда
подбежал и просто его сам стащил с перекладины. Что вы думаете? Вышел покурить, возвращаюсь - он опять висит. Обычно мне
приходится требовать, чтобы боксер весь объем нагрузок выполнил, а за Ромой надо следить, чтобы он отдохнуть успел.

Отдохнуть Кармазин так и не успел. В Мадрид боксер поехал один, без Лебедева. В Петербурге тогда ходили слухи, что тренер
и ученик крупно поссорились, тренер называл боксера предателем, и, казалось, им уже никогда не работать вместе. Как
выяснилось потом, Кармазин специально разыграл скандал, потому что не верил в победу и не хотел подставлять тренера.
Вернувшись из Испании, Роман пришел к нему домой и принес положенную тренеру часть гонорара за поединок. Лебедев не только
отказался брать деньги, а даже не стал разговаривать с учеником. Тот объяснил свой поступок, сказал, что уходит из бокса,
положил конверт с деньгами на стол и ушел, попросив позвонить, если тренер изменит свое решение.

- Я, когда ехал на бой, уже знал, что проиграю, - объясняет Роман. - Потому что я накануне поединка тренировался днем и
ночью, мне казалось, что очень стыдно проиграть. Я вскакивал среди ночи, принимался отрабатывать удары, потом обессиленный
падал, засыпал, и мне снились сны о боксе. Другими словами, по мне тогда психушка плакала. Нужно было действительно
обратиться к психологу, но я боялся, что люди подумают, будто я струсил. А после того как проиграл и решил завязать с
боксом, меня как будто отпустило.

Через месяц Роману позвонил Лебедев, и состоялся следующий диалог:
- Ну ты+ это+ давай завтра на тренировку приходи.
- Нет, Михалыч. Зачем? Я все, завязал+
- Нельзя так резко заканчивать. Приходи, посмотрим. В футбол с нами побегаешь.

Хитрость тренера сработала. Кармазин пришел в зал, посмотрел, как занимаются другие, поболтал о жизни с тренером. Потом
начал бегать кроссы, съездил вместе с Лебедевым в пригородный спортивный лагерь и начал свой второй поход за титулом.
- Все как будто сговорились в тот момент, - вспоминает Кармазин. - Я ждал всеобщего позора, критики, презрительных
взглядов, а люди подходили ко мне, подбадривали, просили продолжать боксировать и все-таки доказать, что я лучший. Чтобы не
подвести этих людей, я обязан был вернуться.

Началась новая жизнь. Кармазин выиграл титул чемпиона Европы и потом дважды уверенно его защитил. Однако новая жизнь все
равно не была похожа на сказку. Умер Лебедев, и для Романа это оказалось новым психологическим ударом:
- Я всем говорю: когда в моем углу Михалыч - я не могу проиграть. Это на полном серьезе. Он был гениальным и потрясающе
чувствовал ситуацию на ринге, всегда умел предсказать, как будет развиваться следующий раунд. Теперь я всегда задаю себе
вопрос, что бы мне сейчас посоветовал Михалыч, и вспоминаю похожие ситуации.

К титулу чемпиона мира Кармазин пошел один и начал с отъезда в Америку. Но люди, которые помогли Кармазину оформить
рабочую визу и вывели его на Дона Кинга, воспользовавшись тем, что боксер не знал языка, вынудили его подписать невыгодный
контракт.

Фортуна, кажется, наконец-то повернулась лицом к Кармазину. Он познакомился в Америке с хорошим русскоговорящим адвокатом
Стивеном Башем. Тому даже удалось выбить для Кармазина у самого Кинга дополнительные 25% к гонорару за бой против Оумы, и
контракт на следующий бой уже составляется под пристальным вниманием адвоката, советника и, как говорят, теперь уже
близкого друга Романа.

Теперь Кармазин - чемпион мира, а контракт с промоутерской компанией Дона Кинга позволяет надеяться, что титульных боев
будет еще много. Роман отдыхает, раздает интервью российским и американским масс-медиа и мечтает наконец-то разбогатеть:
- Вы можете мне не верить, но я до сих пор за карьеру не заработал ничего. Ничего. Я чемпион мира в боксе, а в финансовом
вопросе - абсолютное зеро. Те деньги, что я заработал сейчас за поединок против Оумы, почти полностью ушли на покрытие
долгов, которые накопились за время моего проживания в Америке. Меня друзья спрашивают, какую машину я покупать собираюсь,
а мне, если честно, наверное, даже на "Жигули" не хватит сейчас. Надоело безденежье. Перед женой с детьми стыдно.

Его супруга Наталья в свете этих обстоятельств выглядит чистым ангелом.
- Да нет, конечно. Я самая обычная жена, - не соглашается Наталья. - И у нас случаются конфликты по этому вопросу. Иногда,
конечно, попилю немного Романа, что денег у нас нет. Но, наверное, я просто терпеливая и готова ждать. Верю, что
когда-нибудь у нас все в финансовом смысле будет просто замечательно. Я очень уважаю мужа за его трудолюбие, за то, что
всего в жизни добился сам.

И еще раз про грустные глаза. Роман Кармазин категорически не согласен, что он несчастен:
- Я рад всему, что происходило и происходит в моей жизни. Деньги - не самое главное, просто мы сильно от них зависим. А
глаза? Просто спать я хочу очень. Устал.

Максим Сумороков

FightNews: 


�������@Mail.ru Rambler's Top100